Логин:
Пароль
Забыли свой пароль?

Написать письмо:

От кого*:

Кому (e-mail)*:

Тема*:

Текст*:

Рубрики

Айседора Дункан и танец будущего

Не гляди на ее запястья
И с плечей ее льющийся шелк.
Я искал в этой женщине счастья,
А нечаянно гибель нашел.

Да, это Есенин о своей Айседоре. Русский человек при имени Айседоры Дункан прежде всего вспомнит, что она была возлюбленной великого поэта и яркой танцовщицей своего времени. Но Есенин - это завершающий этап её жизни, а вот танец был с ней всегда, с самого рождения. С ним она прошла через успех и через массу личных трагедий.
Назад

Рейтинг

(8751)
(0)
(0)
(0)

Танцовщицами не рождаются? Дора Дункан могла бы с этим легко поспорить. Именно рождаются! Так, будто новой душе, предначертан танец, как смысл жизни.

Айседора ДунканЕе история началась в Сан-Франциско 27 мая 1877 г. Может быть это был промысел божий, а может сказались те условия, в которых протекала беременность её матери, но маленькая Дора была сверхподвижной еще в утробе. Незадолго до её рождения обанкротившийся отец сбежал, оставив на попечение женщины четверых детей.
Миссис Дункан переживала личную трагедию своеобразно: питалась исключительно ледяным шампанским и замороженными устрицами. Еще неродившаяся дочь отвечала тем, что вела себя в животе гиперактивно. Чуть позже, взглянув на новорожденную, которая истошно орала и дрыгала ногами, миссис Дункан сказала акушерке: «Я так и знала, что родится монстр, этот ребенок скакал и прыгал еще у меня в животе».
Прошло немного времени, и маленькая Дора в одной распашонке развлекала всю семью тем, что пританцовывала на столе под любую музыку или напев. А музыка в доме звучала часто, её мать была музыкантшей и подрабатывала частными уроками. Эта работа вынуждала миссис Дункан оставлять детей одних на целый день, но вечерами она играла им Шопена, Моцарта, Шуберта, Шумана, Бетховена и читала вслух стихи Шелли, Бернса, Шекспира. Таким образом, детство Айседоры было бедным, но свободным. Близость моря, ветер и волны, вдохнули в неё понимание гармонии движений: она и сама признавалась, что море во многом сформировало её танцевальный вкус. Рано поняв, что танец – это и есть призвание, Айседора забросила школу, которую всегда считала бесполезной и обременительной, и в 13 лет серьезно занялась музыкой и танцами, пробовала работать в разных танцевальных труппах.

Свободный танец или просто модерн
На пути к своему авторскому стилю Айседора прошла через неудачную попытку покорить Чикаго, где и случился её первый бурный роман с Иваном Мироски. Он был огненно-рыжим, взрослым, обольстительным и…женатым поляком. Горечь разбитого сердца заставила её сбежать в туманный Лондон и задуматься, чем же покорить его чопорные салоны в условиях серьезной конкуренции. Ведь Мата Хари к тому времени уже околдовала Европу восточными танцами, «обнаженное кредо» было занято.
К классическому танцу Дункан обращаться не хотела, для неё он был слишком академичен, предполагал порабощение ювелирной техникой и выверенными элементами. Нет, она искала свободу…свободу самовыражения. Она мечтала о танце, который будет органичным дополнением повседневной жизни человека, естественным действием, таким же, как приготовление еды, забота о детях или сон.

Нам случайности вечно грозят?
Вряд ли в жизни случаются случайности, а в жизни Дункан их не было вовсе. Свой фирменный стиль она нашла в стенах Британского музея, когда на огромной античной вазе увидела танцовщицу в развевающейся тунике. Сама Терпсихора? Таис? Кто она? …Озарение зажгло душу Айседоры, и уже через несколько дней с помощью известной в то время актрисы и «царицы салонов» Кемпбелл она стала пропагандировать танец, который должен был стать естественным продолжением природной грации женщины, символом свободы, говорить о чувствах танцовщицы не отрепетированными жестами, а подчиняться только её эмоциям. Покровительница загорелась идеей Дункан и устроила дебют своей протеже на одном из частных салонных приемов. Расчетливая мадам преподнесла её чуть ли не в качестве «экзотической закуски». Ошеломленная публика наблюдала босоногую, грациозную танцовщицу, которая искусно скопировала древнегреческую пластику и вместо пачки выступала в невесомой тунике.

Успех и восхищение буквально понеслись впереди нее, и уже в 1903 году сбылась её мечта – желанные гастроли в Греции, которая служила для неё мощнейшим источником вдохновения. Хотя, вдохновение она черпала во всем. Максимилиан Волошин говорил о творчестве Дункан: «Айседора танцует все, что другие пишут, поют, играют, рисуют. Она танцует «Лунную сонату», стихи Горация и похоронный марш». И действительно, Айседора довела свою теорию свободного танца до идеальной практики. Она могла часами стоять неподвижно, со скрещенными на груди руками, прислушиваясь к своим чувствам и пытаясь найти внутри себя источник движения, а когда находила – танцевала каждый раз новый, удивительно гармонирующий с музыкой танец. Пластическая импровизация – так наиболее точно можно охарактеризовать её стиль. Так рождался свободный танец, ставший прародителем модерна.

Выступления Дункан неизменно проходили при полном аншлаге, лучшие площадки Европы и Америки рукоплескали ей. Знаменитая «босоножка» сумела вдохнуть в танец тот бунтарский дух, который впитала в себя с детства. Её желание освободиться от условностей, танцевальных и этических догм нашло воплощение как в танце, так и в личных отношениях. Она была за свободную любовь и замуж вышла лишь однажды, за Есенина. Страсть их была обоюдной и испепеляющей, но поводом для брака послужила скорее необходимость оформить визу и вывезти возлюбленного в Европу, дабы оторвать от пьяных оргий. Есенин был последней большой любовью великой танцовщицы, как и она стала его всепоглощающей, мучительной и последней страстью.

Личная жизнь – сплошная трагедия
Есенин и ДунканДункан вообще была из тех женщин, которые сами выбирают мужчин. Однако никогда любовь не приносила ей спокойствия и удовлетворения: любимые мужчины бросали, либо она сама уходила от них. Почти презирая институт брака, как акта, ограничивающего свободу, Дункан не стремилась официально стать чьей–то женой и вполне могла бы стать лидером феминисток, родись она чуть позже. Вся её творческая, а тем более личная жизнь была просто золотой жилой для газетчиков. С пеной у рта они не уставали обсуждать её новое экстравагантное выступление или очередной роман «на всю жизнь». Она влюблялась и в Станиславского, однако тот дал ей понять, что совпадают только их взгляды на творчество. В Айседоре он видел воплощение некоторых своих творческих идей, не более.
Личная жизнь танцовщицы оказалась полна трагедий. Двое детей, дочь от театрального постановщика Гордона Крэга и сын от Юджена Зингера – наследника и одного из 23 детей изобретателя знаменитой швейной машинки – погибли по нелепой случайности. После встречи с матерью дети вместе с гувернанткой направлялись на автомобиле из Парижа в Версаль, когда автомобиль внезапно заглох. Водителю пришлось выйти из машины, заглянуть под капот, что-то там подергать. Рванувшись с места, автомобиль сбил его с ног, вместе с пассажирами скатился с моста и утонул в Сене. От этой трагедии Айседора так никогда и не оправилась. Уже ни в жизни, ни в творчестве она не была прежней.

В сентябре 1927-го, через 3 года после разрыва с Есениным, тот самый алый шарф, который приводил его в такой восторг, будучи атрибутом страстного танца, вьющимся вокруг её тела, как алое знамя революции вокруг земли, стал для неё известным роковым концом.
Айседора Дункан оставила после себя бессмертное имя, хореографическое училище на холме Копанос в Греции и навсегда освободила танец.

Другие новости

Коментарии (0)